Необходимы Ваши мнение и критика

Я тут немного сочинительством занимаюсь... для одной интернет-книжки.
Хотел бы услышать Ваше мнение как сетевых жителей об этой писанине.
Вот кусочек:
...И, наконец, пришла эра компьютерных сетей.
Наступила эпоха открытого доступа к любой информации. Если вы хотите что-то найти – ищите в сетях, там это уже наверняка есть! Компьютерные сети связали все области человеческой деятельности. Музыка, искусство, политика, эзотерика, кино, литература, экономика, наука, последние новости, порнография… Список можно продолжать бесконечно долго. В сетях можно найти информацию о большей части публичных людей, групп, организаций, фондов. При этом сетям абсолютно все равно – законна ли проходящая по ним информация, или нет. Само существование сетей сводит «на нет» все потуги любого контроля. Фактически, сети упраздняют «права», «законы», «договорённости» и «соглашения». Какие могут быть авторские права в такой среде, какие лицензионные договоры? Зачем платить за информацию всех существующих типов, если её можно бесплатно взять в сетях? Таким образом, информация в наше время по большей части обесценилась. А надо сказать, что в наше время эта большая часть человеческой деятельности приходится именно на информационную сферу.
Всё большая часть интеллектуального человечества «перебирается» в сети. Литераторы, критики и журналисты зарабатывают свой хлеб на виртуальных подмостках, где они могут получить обратную связь со всего мира, научные деятели в образе сетей получили неоценимого помощника на своём научном поприще. Вот что, к примеру, пишут об этом А.Л. Фрадков и В.О. Никифоров («Институт проблем машиноведения РАН» и «Санкт-Петербургский государственный институт точной механики и оптики») в своей статье ИНТЕРНЕТ-ТЕХНОЛОГИИ НАУЧНОЙ РАБОТЫ:
«…Какие этапы научно-исследовательской работы должен реализовать молодой ученый, чтобы донести результаты своих исследований до международного научного сообщества и добиться их признания? Во-первых, ему необходимо произвести обзор состояния вопроса по выбранной теме исследований. Для этого молодой ученый обычно шел в библиотеку и там проводил поиск литературы по интересующему вопросу. Зачастую найти статьи (а тем более, материалы конференций) по требуемой тематике в фондах крупных библиотек - работа не простая, трудоемкая и не всегда дающая желаемый результат. Во-вторых, желательно списаться (вступить в контакт) с ведущими специалистами в интересующей области, узнать об их новых достижениях. Для этого необходимо ознакомиться с их публикациями, знать место работы и адрес для переписки. В-третьих, после получения научных результатов желательно их апробировать, т.е. доложить на научной конференции. Для этого надо знать календарь проведения конференций по интересующей тематике, правила представления докладов, основные даты, адрес организационного комитета и т.п. Наконец, последний этап - публикация результатов в ведущем научном журнале. Как и в случае с научными конференциями, для этого необходимо располагать информацией о журналах по интересующей тематике, правилами представления статей, адресами редакций и т.п.
Использование глобальной информационной сети Интернет (Сети, Мировой Паутины, WWW - World Wide Web) в корне меняет технологию научного творчества и позволяет выполнить все указанные выше этапы, не отходя от своего рабочего места, если оно оборудовано компьютером, включенным в Мировую Паутину…
…В настоящее время, подавляющее большинство крупных международных и национальных научных журналов расположили свои странички (сайты) в Мировой Паутине Интернет (см. табл. 3). Как правило, на этих страничках размещается информация о тематике журнала, о составе редакционной коллегии, правилах оформления статей, адресе редакции и о содержании (т.е. оглавления) опубликованных номеров журналов. Однако очевидно, что в самое ближайшее время спектр информационных услуг, предоставляемых сайтами научных журналов. будет существенно расширен…
…Особое место занимают так называемые электронные журналы, которые вообще не издаются в бумажном виде, а представляют собой собрание файлов статей, размещенных на специальном сайте…
…Очень важными для плодотворной научной работы являются личные контакты с коллегами: как молодыми, так и маститыми учеными. В лично общении можно узнать о новых результатах, близких к вашим; о том, чем нужно заниматься, и о том, чем заниматься не нужно; наконец, просто найти новых друзей. В Сети существуют сайты со списками людей, интересующихся той или иной областью, куда каждый может представить те данные о себе, которые сочтен нужными, в первую очередь - контактную информацию…
…В Интернет расположено множество сайтов учебного характера, наиболее интересные среди которых - сайты ведущих университетов. Их можно найти в списке более 5000 университетов из 152 стран…
…Особое место занимают сайты, на которых вы можете проводить интерактивные эксперименты в реальном времени, имитируя процессы в реальных объектах. При этом посетитель сайта может менять значения параметров объекта и внешних воздействий, выбирать алгоритмы управления и т.п. В сочетании со средствами анимации это создает иллюзию работы с реальным объектом…
…Материалы, направляемые в подобные архивы, в отличие от большинства электронных журналов, не рецензируются и публикуются практически мгновенно. Поэтому такие архивы представляют собой весьма эффективное средство обмена идеями и свежими результатами. Часто ученые направляют статью в архив одновременно с посылкой в обычный журнал. Хотя гарантия качества статьи в нерецензируемом архиве (как и многого, добываемого в Сети) отсутствует, имя автора (т.е. его репутация) играет такую же важную роль, как и в "бумажных" публикациях…»
Таким образом, электронные сети ещё больше ускоряют научно-техническое развитие человеческой цивилизации, которое и так шествует семимильными шагами.
Огромная часть взаимодействий через сеть приходится на общение. Всё большее количество людей входят в виртуальный мир общения, организовывают группы, сообщества по интересам, игровые кланы. Они обмениваются мнениями, вкусами, взглядами, мировоззрениями. Формируются сетевые диалекты, организовываются съезды «сетевиков», «сетепойки». Сетевая жизнь набирает обороты по всей планете.
Надо сказать, что такое общение отличается от того общения, которым человек общался на протяжении всей своей истории. В сетях мы редко видим того, с кем общаемся, а еще реже слышим его голос. Анонимное общение стало нормой. Нет никакой уверенности в том, что информация, которую мы получаем из сетей – достоверна. И часто нет никакой возможности проверить её. Самые противоречивые взгляды и точки зрения начинают пересекаться сплошь и рядом и при этом ни одна из них не может одержать «верх».
Под воздействием средств масс-медиа и перенаселения мегаполисов все знаковые системы перемешиваются до невообразимой плотности. Все границы между стилями, направлениями, движениями, вкусами, мировоззрениями становятся чистой воды условностью. Мы можем слушать по радио рэггей, смотреть в кинотеатре вестерн, одеваться в итальянском ателье и ужинать в китайском ресторанчике. И всё это сдобрено громогласно провозглашаемой свободой выбора. Безусловно, идеологические течения и межличностное манипулирование никто не «отменил», но фактически они утратили свои тотальность, авторитаризм и контроль, и при проверке оказываются «без зубов».
Казалось бы – наконец-то приближается свобода человека! Но не всё так просто! Оказавшись в этом океане возможностей, человеку всё трудней определить – какой же ему надо сделать выбор? Человеку всё сложней связать себя с какой-то определённой системой ценностей, социальной группой, или внешними обстоятельствами.
И тогда человек вдруг замечает, что все эти предоставляемые выборы пусты. Что идеалы добра и зла уже давно мертвы и не находят в нём никакого отклика. Что такая же участь постигла все нормы этики и морали. Человек начинает судорожно хвататься за идеи, которые густо окружают его со всех сторон, но все они до единой оказываются пустыми оболочками, мёртвыми формами.
Та же участь постигла и всевидящего Господа. Ещё Ницше громогласным стенанием провозгласил, что Бог умер. «… Христианство гибнет от собственной морали, которая обращается против существования Бога: честность и справедливость, ею воспитанные, восстают против изолганности и фальшивости всех христианских истолкований истории…»
Ужас и депрессия человечества невыразимы. Оно начинает осознавать, что весь мир раскололся на мелкие осколки. И всю эту интенсивно проявленную мультикультурность, всё это разнообразие доступных каждому социальных моделей невозможно вписать ни в рамки марксизма, ни фрейдизма, ни капитализма, ни даже материализма и ещё чего-либо. Ни одна идея мира, будь она новой или старой как мир уже не способна центрировать движение человечества. Наступает время кризиса. Время, когда утрачены все авторитеты, все доступные разуму стандарты истины, прекрасного, и всё это отягощается потерей веры во все религии мира.
Человек по привычке хватается за такие знакомые ему с глубоких времен знаки, а получает только пепел и шелуху. Потому что все знаки мира умерли. В своей безумной гонке человек сам не заметил, как погрузился в призрачный мир знаков и не заметил, что эти знаки утратили всякую связь с тем, что они означали.
Непоколебимая вера в научно-технический прогресс и мощь материализма растаяла как туман под утренним светом последних открытий. И научная парадигма неумолимого прогресса раскололась на куски. Невообразимое количество «отломанных кусков» с передовыми открытиями заявляют, что весь фундамент нашей могучей башни цивилизации покоился на пустом месте, но теперь они открыли истинный путь, по которому и следует шествовать мифическому прогрессу. Но, как уже говорилось выше, нет среди людей тех, кто смог бы объединить все разноголосые миллиардные осколки человечества в единое целое и заставить продолжить строить эту древнейшую башню. Потому что произошло смешение языков, единого языка, общего для всех и признаваемого всеми не стало, и мы уже не можем подчинить свои действия на строительство башни.
Да и сами горе-учёные уже весьма скептически относятся к своим открытиям, искренне считая, что их новые парадигмы вряд ли отображают истинный порядок вещей. И тогда ничего не остаётся, как признать, что этот «истинный порядок вещей» - выдумка. Человек оказался в виртуальной реальности, с ужасом понимая, что всё то, что он множество столетий принимал за чистую монету, оказалось иллюзией, и что теперь не осталось ничего, на что можно было бы с уверенностью положиться. Наступила эпоха постмодернизма...

Хм...
Написано хорошо, но по поводу содержания...

То есть, Вы утверждаете, что человечество потеряло веру в себя, после обретения свободы в виртуальной реальности?
Человечество в Сети ни к чему не стремиться (и правильно, по-моему, делает), при этом теряя смысл своего существования в реальности?
У нас есть невероятное количество путей развития, но в них никто не верит...
Что ж, я давно это знал. И потому всегда занимался только творчеством.

В основном, музыкой. Еще живописью и прозой.

А кто виноват? И, главное, что же делать? Точнее, даже так: и что теперь?

(кстати "капнуть" пишется через "о" )

Вот ещё кусочек, вот только он... ...вроде как чересчур грузящий?
...То, что мы сейчас рассуждаем об этих процессах, рассматриваем их, обращаем на них своё внимание, говорит о том, что имеет место некоторая рефлексия этих изменений. Другими словами, человечество, а вместе с ним и мы с вами, осознали процессы, которые с ним происходят, и отразило их, зафиксировало в некоторой деятельности. Мы же, в свою очередь, при попытке охарактеризовать эти процессы, протекающие в человеческом обществе, можем оценивать их лишь через рассмотрение этой деятельности. При этом очевидно, что такой анализ позволяет нам отследить лишь общие тенденции развития процесса. Одно из распространённых названий рассматриваемой нами рефлексии - это постмодернизм. Через анализ этого явления мы и попробуем прикоснуться к тем процессам, что происходят в наше время, то есть здесь и сейчас.
Когда мы попытаемся обозначить временные рамки этого явления и его общую форму, то с недоумением обнаружим, что на эти вопросы нет однозначного ответа. Являясь междисциплинарным явлением, оно не вкладывается полностью ни в рамки философии, ни в рамки культурологи, ни социологии, ни лингвистики. С временными рамками проблема не легче.
Вообще, термин «постмодернизм» впервые был употреблён в книге Р. Ранвица «Кризис европейской культуры»(1917), а с 1939 по 1947 этот термин применялся в работах Тойнби как обозначение современной эпохи (начиная от Первой мировой войны), радикально отличной от предшествующей эпохи модерна. Философский статус этот термин приобрёл после работы Лиотара «Постмодернистское состояние: доклад о знании»(1979). Но, касательно самого процесса, который обозначают этим термином, зафиксировать временные рамки еще трудней. К примеру, Эко объявляет постмодернистом чуть ли не самого Гомера. А российский учёный и философ А.Ф.Зотов по этому поводу пишет: «Современные теоретики культуры постмодерна (как её апологеты, так и её критики) с каким-то чувством весёлого недоумения пишут, что истоки культуры постмодерна можно увидеть в любой эпохе и любой культуре, сколь угодно далеко отстоящей от нас во времени и столь чуждой нашим нормам (во всяком случае, «классическим», которые теперь как раз и разрушаются)».
Несмотря на это, в этом явлении явно прослеживаются следы неклассического типа философствования, в частности – постструктурализм, структурный психоанализ, неомарксизм, феноменология, философия Хайдеггера, традиции «постнаучного мышления» и «поэтического мышления», традиции семиотики и структурной лингвистики, философия диалога, теория языковых игр.
В настоящее время этот термин трактуется предельно широко, и со слов Г. Кюнга, его «следует употреблять не как историко-литературное или теоретико-архитектурное, а как всемирно-историческое понятие». При этом общепринятым мнением является точка зрения, согласно которой «постмодернизм – эпоха не столько в развитии социальной реальности, сколько сознания» (З. Бауман).
Чем же характеризуется это явление?
В первую очередь необходимо отметить, что культура постмодерна самоозначает себя как пост-современность, то есть как процесс, разворачиваемый «после времени» - в ситуации «свершенности» и «завершенности» истории. Таким образом, мы приходим к такому понятию, как постистория. Это понятие появилось как одно из следствий перепросмотра идеи линейного времени и радикального отказа от неё. Идея линейного времени описывала историю как некоторую событийность, которая линейно разворачивается из прошлого в будущее, однозначно подчиняясь внешней причине, в результате чего эта событийность имела одну возможную трактовки, так называемое «правильное» прочтение. Идея линейной истории в наше время сменилась установкой на интерпретационную многогранность истории. При этом сам термин «история» начал исключаться из методологии современных (а точнее пост-современных) мыслителей (в ряду с терминами «общество», «прогресс» и т.д.).
Одно из отражений идеи линейной истории – это идея прогресса, а как пишет Лиотар, «сегодня мы можем наблюдать своеобразный упадок того доверия, которое западный человек на протяжении последних двух столетий питал к принципу всеобщего прогресса человечества. …Не существует позитивной ориентации, которая могла бы открыть перед нами какую-то новую перспективу». Имеется в виду именно какую либо линейную перспективу, что указывает на полную исчерпанность этой идеи в человеческом сознании. Таким образом, линейная нить истории закончилась, или, как пишет Аренд: «нить традиции оборвана, и… мы не будем в состоянии восстановить её. Что утрачено – так это непрерывность прошлого. То, с чем мы оставлены, - всё же прошлое, но прошлое уже фрагментированное».
Таким образом, осмысляя себя как бытие в постистории, современность фактически «переписывает время», ломая линейный вектор истории. Хозе Аргуэльес метафорично назвал этот процесс «разворачиванием Свастики Истории в обратную сторону». И вот теперь «мы в большей или меньшей степени живём под знаком завершившейся истории, уже на берегу текущей мимо реки» (Бланшо), при этом мы «обитаем скорее в синхронном, чем в диахронном мире» (Джеймисон). Этот «синхронный мир» иначе описывается как «монстр, образуемый переплетением различных сетей разнородных классов высказываний (денотативных, предписывающих, перформативных, технических, оценочных и т.д.). Нет никакого основания полагать, что возможно определить метапредлажения, общие для всех этих языковых игр, или что временный консенсус… может охватить все метапредложения, регулирующих всю совокупность высказываний, циркулирующих в человеческом коллективе» (Лиотар).
Давайте вновь вернёмся к определению линейной истории, а именно к той его части, где говориться о «внешней причине». Эта внешняя причина подразумевает под собой наличие так называемой «логики истории». Другими словами - это некий универсальный смысл, который пронизывает всё мироздание и время. Этот всепроникающий смысл находит своё выражение в феномене Логоса, который фактически является символом культуры западного типа, воплощая в себе фундаментальные установки западной ментальности. Своё выражение они получили в акцентировании активизма властного, формального, мужского начала, т.е. фактически фигуры внешнего причинения. Эти фундаментальные установки усматривают некий глубинный смысл и логику в бытии, как любого феномена, так и всего мироздания в целом, некую незримую структуру вселенной. Таким образом, человек, в своих исследованиях, последовательно постигает «устройство мира», всё глубже проникая в изначальный смысл «творения».
Благодаря текущему перепросмотру была выявлена полная несостоятельность этой концепции. В целом эта концепция получила название «логоцентризм», который налагает запрет на свободную ассоциативность мышления и «подчиняет мысль – все концепции, коды и ценности – бинарной системе» (Л. Сиксус). Текущее мировоззрение проводит радикальную критику и отказ от логоцентризма, как презумпции внешней причины и идеи наличия смысла и логики в процессе бытия. Пост-современность рассматривает бытие как хаотичное и самоорганизующееся, не имеющее никакой внешней причины и логики. Полностью отвергается всякий исходный «смысл» мироздания: «за вещами находится… не столько их сущность и вневременная тайна, но тайна, заключающаяся в том, что у них нет сути, или что суть их была выстроена по частицам из чуждых им образов» (Фуко).
Отказ от внешнего причинения нашёл своё отражение и в естествознании постмодернизма, в частности в синергической картине мира: «тот факт, что из многих возможностей реализуется некоторый конкретный исторический вариант, совсем не обязательно является отражением усилий некоторого составителя глобального плана, пытающегося оптимизировать какую-то всеобщую функцию, - это может быть простым следствием устойчивости и жизненности данного конкретного типа поведения» (Г. Николис и Пригожин)...

Не, не заливал... рано еще заливать, к весне, может, чего залью куда...

Кинешь ссылку, когда допишешь? (кусочек действительно того... Для научной работы сойдет, но для нас, простых обывателей - слишком страшная стилистическая фактура ) Имхо.

Эх, значит переборщил с цитатами! Сам некоторые слова того... с трудом...
Ещё надо работать! Обязательно свяжемся!

Изъясняйтесь более популярно. Многие вас не поймут.

Да уж! Принял к сведению!
Кстати, то, что я сюда закинул, уже претерпело некоторые изменения. Так что потихоньку двигаюсь! Сейчас буду писать про особенности творчества и искусства в наше время. Двумя словами можно это назвать как "эпоха микширования и кавычек".
А вот абзац про мобильную связь:
"...Свою лепту внесла и мобильная связь, которая, к тому же, всё больше переплетается с компьютерными сетями. Поэтому, скоро человек сможет входить в сеть практически из любой точки земного шара. Все попытки внести хоть какие-то правила и этические нормы в использовании мобильной связи по большей части оказываются тщетными. Как результат – человек стал без всякого стеснения и скромности разговаривать на любые темы фактически в любом обществе. «Личные» или «интимные» темы для него практически перестают существовать. При этом технологии типа «хэнд-фри» частенько создают путаницу, создавая иллюзию, что человек беседует с кем-то из присутствующих. Классический пример – несколько человек сидят за столом, пьют чай и оживлённо беседуют. Сторонний наблюдатель сразу подумает, что они беседуют друг с другом, но на самом деле они беседуют с другими людьми, которые находятся, возможно, на большом расстоянии от места чаепития. И при этом пьющие чай могут ещё и обмениваться жестами и знаками друг с другом..."

Почему же микширования и кавычек? Все новое - основательно забытое старое, мир движется по спирали...
Кстати, а почему это только я тут чего-то комментирую...
Где все?
Не хотите ли вы мне сказать, что тема лэйн исчерпана?! неет, так не пойдет...

Added:
или рядом Всадники..?
Они уже здесь?

Хорошо пишешь, вполне. Даже с мыслями я по большей части согласен. Разве что я не согласен со стилем подачи (слишком напористый) и с тем, что ты не предлагаешь решения (пока), хотя лично мне оно очевидно. Не надо пытаться напугать всех читателей тем, что они иссохли душой и у них нет будущего. На самом деле ты прав в том, что происходит, но не прав в том, что это катастрофа. Это катастрофа, если ее сравнивать с прошлым. А если не сравнивать, а жить дальше, то просто понимаешь, что времена изменились и люди тоже постепенно меняются, осваивая новые пути жизни.

---Hi, Brick!

Был бы примного благодарен, если бы и уважаемый Е4 сделал ход королевской пешкой и оценил этот текст:
"...1
Всю историю нашего человечества можно рассмотреть как непрерывное развитие коммуникации и связи. Причины этого развития очевидны – это потребность в межличностном взаимодействии, общении, необходимость передачи и хранения информации. Так же очевидно для каждого, что информационная сфера человеческой деятельности в наше время стала определяющим фактором интеллектуального, научного, художественного, экономического, политического развития человека, общества, государства. С тех пор, как средства связи только зародились на самой заре человеческой цивилизации, они прошли весьма долгий путь, непрерывно развиваясь в соответствии с изменениями в человеческих взаимодействиях, с развитием человеческих технологий и его сознания.
Вместе со средствами связи неотрывно развивались технологии хранения и обработки информации. На сегодняшний день эти средства стали неотъемлемой частью жизни человека цивилизации, они применяются во всех областях и сферах нашей деятельности.
С глубокой древности для взаимодействия человек использовал звук и свет. Каждый из нас знаком с таким примером звуковой связи, как человеческая речь. Наш язык - это средство связи, средство взаимодействия. И это средство развивалось на протяжении многих тысячелетий, став неотъемлемой частью человеческой деятельности. Наша речь послужила одним из важнейших факторов развития нашего сознания, роль которого трудно переоценить.
В глубокой древности, когда человек ещё только выделил из потока своей жизни и осознал для самого себя свой собственный голос, он начал применять его, выражая своим соплеменникам и всему миру свои чувства, переживания, ощущения.
В те далёкие времена произошло чудо – в человеческом сознании возникло такое понятие, как знак. С этого момента, собственно и начинается история развития связи и коммуникации, да и вообще, собственно вся человеческая история, которая дана нам как последовательное чередование знаков, создаваемых человеком.
Человек начал обозначать воспринимаемую им реальность, выделяя из всего воспринимаемого им отдельные элементы и наделяя их знаками, означивая. Знак – это некое понятие, которое мы помним и с помощью которого знаем, что «огонь» - это огонь, «боль» - это боль, а «еда» - это еда. Можно представить, что человек, образно выражаясь, заводит досье на всё, что он выделил своим вниманием. В этом досье, в этой «папке» он собирает всю информацию, связанную с этим явлением, означенным знаком. С момента появления, досье каждого знака растет, обрастает контекстами, связями с другими знаками и их «папками». При помощи этих знаков и происходит осознаваемое взаимодействие со всем воспринимаемым нами миром.
Древний человек научился превращать внутренние знаки в звуки, жесты, пиктограммы, таким образом, он начал претворять свои внутренние знаки, ставшие частью его психики, во внешние знаки. Так он научился делиться своим внутренним миром с другими. Тут берёт своё начало язык, изобразительное искусство, жестикуляция и другая человеческая деятельность. Если раньше человек был пассивным участником потока жизни, то теперь он стал активным его участником.
Во время охоты знаками охотники координируют свои действия, будь то условные слова, звуки трубы, барабаны, или пламя сигнального огня. Во время собирательства с помощью знаков делятся друг с другом своим опытом, указывая на полезное и съедобное, а порой и спасая жизнь своему соплеменнику. Таким образом, между людьми, обладающими общими знаками, образуется связь. И со временем она становится всё крепче и значительней. Эта связь, невидимая для простого взгляда, прочно связывает сознания людей, владеющих одинаковыми знаками, соединяет их внимание воедино, создавая единую реальность. Эта связь, образовавшаяся в далёкие времена, со временем покрылась толстыми слоями новых знаковых образований и вытиснилась из непосредственного внимания человека. Таким образом, все мы имеем эту глубинную связь, все мы собираем единую реальность, пользуясь схожими знаковыми системами, но сами уже не помним, что делаем это и как. Эта память осталась в глубине веков, в области, которую называют коллективным бессознательным.
Надо заметить, что у древнего человека знак неразрывно связан со своим источником, из которого человек получил этот знак. Кроме этого, человек видел такую же связь между внешним знаком, созданным его деятельностью, и этим источником. Отсюда, по мнению учёных, и берут начало «магические», «шаманские» практики древнего человека. Когда древний человек рисовал на скале зверя, то этот знак и реальный живой зверь, на которого он собирался охотиться, были для рисующего одним и тем же. И поэтому, совершая некоторые действия над рисунком, человек считал, что влияет на того, кого обозначает этот знак.
Со временем связь между людьми приобретает всё новые облики. Между собой люди были связаны через развивающийся язык, жесты, очаг, племя, род, общие умения. С остальным живым миром их связывали общие звериные тропы, места водопоя.
С развитием человека развивалось качество и виды связи. Можно даже сказать, что культура – это тоже разновидность связи. Со временем культура разрасталась, начиная из маленьких очагов, и покрывая всё большие территории.
Вскоре сформировалось такое понятие, как «свой» - «чужой». Свой – это тот, с кем мы имеем связь, тот, кто находится в нашей знаковой системе, в нашем роде, племени, пользуется нашим языком, общими с нами умениями. Эта связь не внешняя, но внутренняя. Можно сказать, что «свой» - это не тот, кто пародирует наши внешние знаки, но тот, кто имеет внутренние знаки, идентичные нашим.
Чужак – это другой, у него иные взгляды на мир, у него другие знаки, у нас с ним нет связи. Он говорит по-другому, смотрит по-другому, по-другому думает, рисует, охотится, ест. Он находится в другой системе.
Вот тогда-то и начались все трудности во взаимодействиях, когда одна знаковая система, культура, род, племя, повстречалась с другой знаковой системой. Если задуматься, то лишь через другого мы и можем глубже заглянуть в самих себя, но тогда люди не особо задумывались о таких вещах. Ведь отношения складывались не всегда дружелюбно и гладко. Внутри собственной знаковой системы частенько случаются конфликты, так что же тогда говорить о взаимодействиях с иной?
А надо сказать, что в знаковую систему постепенно входит всё больше и больше элементов, она разрастается до колоссальных размеров. Человек начал строить из комбинаций знаков новые знаки, классификации, группы. Оперируя знаками, он развивал своё мышление, свой взгляд на мир, на свою роль в мире и своё предназначение.
Проблема взаимоотношения различных взглядов на мир – одно из ключевых действ всей нашей истории, и на протяжении многих тысячелетий люди пытались решить её, обойти, преодолеть. Все наши войны, междоусобицы, вражда, так или иначе связаны с этой проблемой. Ведь очень непросто смириться с мыслью и понять, что есть другой, который думает иначе, который пользуется совсем другой структурой мироописания, другой знаковой системой.
К счастью, люди всё же поняли и оценили преимущества взаимодействия и сотрудничества с представителями других культур. Началось их взаимодействие и взаимное обогащение. Но и здесь не всё так просто. Бывало так, что одна культура попросту навязывала свою знаковую систему другой, иногда они сливались, а иногда некоторые культуры попросту уничтожались. Но давайте вернёмся к нашей теме связи.
Вместе с появлением жилых селений, деревень, городов появились и дороги, тропы, которые связывали места обитания людей и их деятельности. Дороги – это ещё один вид связи, и он играет огромную роль в человеческой деятельности. Вся территория, изведанная и открытая человеком, постепенно покрывается сетью дорог-жилок, которые соединяют самые отдалённые уголки человеческой ойкумены. По этим жилам текут ручейки людей, транспорта, по ним везут разнообразнейшие товары, по ним шествуют армии. По ним же в древности неслись во весь опор гонцы с важными поручениями и послы. К какой бы культуре не принадлежал, на каком языке не говорил бы человек – он всё равно пользуется общими дорогами и путями. Поэтому можно сказать, что пути и дороги – это первый вид связи, единый для всех людей, это связь общечеловеческого значения. Уже тогда у человека начала формироваться идея единства всех людей, единство всего человечества. Немаловажную роль сыграли и водные пути. Это простой и удобный способ перемещаться на дальние расстояния. Таким образом, водные дороги соединяли отдалённые места обитания человека, позволяя значительно быстрее перемещаться между ними. Но дороги – это не самый лучший вид связи, и, как мы знаем, человек не остановился на этом виде в своём развитии.
Человек стал искать способы передачи информации со скоростью, большей, чем скорость передвижения по транспортным путям. В том, что такая необходимость была – неоспоримый факт. Одна из таких причин – это военные конфликты.
На своём пути развития были испробованы самые разнообразные способы, в том числе оптические телеграфы, звуковые трубы и др., пока не было открыто электричество. И тогда развитие связи начало набирать невиданные обороты. Началась эпоха всеобщей коммуникации. Вслед за электрическим телеграфом, телефоном была открыта радиосвязь. Открылись радиостанции, которые начали своё радиовещание на многие километры. Всем, наверное, знаком сюжет фильма, в котором потерпевший крушение на необитаемом острове «робинзон» мастерил из подручных средств самодельный радиоприёмник и мог слушать радиостанции с разных концов света. Хоть он и был отрезан от всего мира, но у него всё равно оставалась связь! Он мог слышать последние новости, слушать музыку и радиопередачи. Тут надо отметить небольшой, но немаловажный момент. Дело в том, что обладатель радиоприёмника имеет свободу выбирать любую радиостанцию, доступную ему. Чем был ограничен его выбор и чем он был обусловлен – это уже другая тема, но, фактически, уже тогда границы между различными знаковыми системами, мировоззрениями, вкусами, интересами, приоритетами начали таять.
Затем наступила очередь телевидения. Теперь мы можем не только слышать, но и видеть то, что происходит на огромном расстоянии от нас. Бесспорным является то, что средства масс-медиа играют одну из главнейших ролей в глобализации и материализации человеческой цивилизации. Можно смело сказать, что если литература и языки закрепили единое словесное поле человечества, единое словесное понимание истории (где слово – внешнее отражение внутреннего знака), то телевидение начало закрепление этого единого видения истории и мироописания в зрительных образах. Теперь внутренние знаки начали обретать единое общепринятое визуальное отображение. Таким образом, зрительное восприятие всё больше канонизируется. Это и есть эпоха бескомпромиссного материализма. Вот, к примеру, что пишет об этом Жан Бодрийяр: «Позади перформативной и демонстративной логики – одержимость исторической верностью, […] эта негативная верность одержима материальностью прошлого, настоящего, такой-то сцены прошлого или настоящего, реставрацией абсолютного симулякра прошлого или настоящего, заменившая собой все другие ценности – к этому причастны все мы, и здесь ничего не изменишь. Поскольку само кино внесло свой вклад в исчезновение истории, в пришествие архива. Фотография и кино внесли громадный вклад в секуляризацию истории, в фиксирование её в визуальной, «объективной» форме взамен мифам, которые её пронизывали».
И, наконец, пришла эра компьютерных сетей..."

Раз уваж. Brick не хочет почему-то делиться своими мыслями, то поделюсь я своими:

"...5
Кроме перепросмотра взгляда на историю перепросмотру был подвержен также и взгляд на самого человека. Можно сказать, что человек пост-современности принялся за тотальную инвентаризацию самого себя, объявив на себя охоту. И начав эту охоту, он был вынужден признаться, что кроме известных факторов (таких как бессознательные, подсознательные, биологические, экономические и другие) его личность обусловлена и другими, к примеру языковыми структурами.
Фактически, все наши действия в социуме, все наши желания и мысли выражаются через форму языка. Будучи полностью погружённым в знаковые системы, человек не может пожелать, помыслить (а тем более сделать) нечто, что не было бы формализовано в этих знаковых системах, в языковых структурах. Таким образом, человеческая сущность в рамках человеческого общества может получить своё выражение лишь через эти знаки. Любой наш выбор становится выбором между уже готовыми формами, потреблением некоторых полуфабрикатов. Но если раньше человек не осознавал этого положения вещей, то теперь эта ситуация предстала перед ним во всей своей полноте. И всё больше осознавая своё положение, человек ощущает, что все существующие знаковые системы не могут полностью выразить его сущность. Ни один выбор, который предоставляет ему цивилизация потребления, не может дать проявиться глубинным течениям человеческого естества. Не может дать ему это и творчество, которое стало всего лишь еще одним выбором знаковых систем. И тогда все знаковые системы получают тотальное отчуждение, глубинное отторжение.
В таких условиях немыслима никакая идея бинаризма (которая служила шкалой выбора на протяжении стольких веков и на которой зиждилась вся центрированная цивилизация с её светлой и теневой стороной). Всё более явственным предстаёт одинаковость всех иллюзорных пар-противоположностей. Пропадает разница между «победой» и «поражением», между «правильным» и «ошибочным», между «правдой» и «вымыслом». Все знаки и смыслы становятся равными в своём бессилии выразить безграничность человека. Становится очевидным, что собственную сущность и своё бытие человек уже не может объяснить никакими дуалистическими понятиями типа «душа»-«тело», «разум»-«дух», и т.п.. Все эти понятия в качестве векторов целепологания в равной степени получают отчуждение. Пытаясь обрести себя, человек с ужасом понимает, что он с самим собой совсем не знаком и не может никак себя объяснить.
Иллюзорность собственного «Я» становится неопровержимым фактом, одно из названий которого – «смерть субъекта». Осознав эту иллюзорность, человек осознал, в свою очередь и иллюзорность «субъект»-«объектной» оппозиции. Со слов И.-Т. Фитхе, нет ничего, чтобы было просто дано, всё есть результат нашей деятельности, как обладателей дара претворять хаос в космос, организовывать и формировать действительность. Таким образом, всё то, что нас окружает, имеет такое же отношение к нашей сущности, как и наше тело. И осознавая это, в частности, становится понятным, что иллюзорное «Я» с таким же успехом может отождествляться с любым объектом, входящим в поток жизни субъекта.
Человеческая личность, как и вся культура пост-современности, рассыпается на тысячи составляющих, ни одна из которых уже не может претендовать на главенствующее положение. Все эти составляющие части осознаваемой личности приобретают равный статус друг перед другом. Таким удивительным образом, человеческое существо возвращается к своему единству, в котором мышление, эмоции, чувства, жизненная практика неразрывно связаны друг с другом. Всякое понятие «здравого смысла» отбрасывается по причине своей банальной безосновательности. Засилье этого рассудочно-рационального стиля мышления теперь предстаёт в совершенно новом свете - как форма иррационального, так называемый логоцентризм. Как писал Т. Тцара, «полагают, будто можно рационально объяснить с помощью мысли то, что пишешь. Однако все это весьма относительно. Мысль – это прекрасная вещь для философии, но она относительна. [...] Не существует некой последней Истины... Неужели вы полагаете, что благодаря тщательной утонченности логики можно доказать истину и установить верность своих мнений? Логика, зажатая органами чувств, – это просто органическая болезнь».
Всё более очевидным становится факт, что более адекватное постижение действительности дают не столько рациональные логические построения, сколько интуитивное поэтическое мышление, основанное на метафоричности, ассоциативности и образности. Этот интерпретативный разум опирается на представление о мире, как о лишённом центра, иерархии, чётких элементов, структур, абсолютной истины, «образ, аллегория, фигура, которая маскирует то, что стремится проявить, имеет для духа большее значение, чем ясные положения, создаваемые анализом речи» (Арто). Такое мышление не может остановиться, постоянно пребывая в непрерывной интерпретации и диалоге.
Был произведен перепросмотр и физиологии человека, на новом видении которой явственно отразился интерпретативный текучий разум и поэтическое мышление. В связи с этим, значимым явлением пост-современности становится такое понятие, как «тело без органов», как оно названо в постмодернизме. По определению Делеза, «основной признак тела без органов - не отсутствие всяких органов и не только наличие какого-то неопределенного органа, но в конечном счете временное и преходящее присутствие органов определенных». Организм как раз и навсегда утверждённая структура в условиях децентрации и нон-финальности становится абсурдным понятием, уступая место "пустому телу", т.е. телу, открытому для вариативного самоконструирования, где та конфигурация, в которой воспринимается тело на данный момент – временна и не конечна. Органы тела «распределяются по телу без органов, но распределяются-то они независимо от формы организма: формы становятся случайными, органы уже не более чем произведенные интенсивности, потоки, пороги, градиенты…» (Делез).
Тело без органов мыслится как некое яйцо (или даже тантрическое яйцо), где тот образ организма, который мы воспринимаем – «вовсе не тело... но лишь некий страт на живом теле, т.е. феномен аккумуляции... навязывающий телу без органов всевозможные формы, функции, связи, доминирующие и иерархизированные организации, организованные трансценденции - чтобы добыть из него какой-то полезный труд…» (Делез, Гваттари). Выдвигается идея «картографирования» такого тела без органов, где совокупность «долготы» и «широты» на этом яйце и предстают нам в виде некоторого организма. При таком взгляде организм предстаёт не как «жизнь», но как «темница жизни», где окончательное установленное состояние тела (организм) в итоге приводит к смерти. Идея тела без органов перекликается со многими другими идеями пост-современности, в частности с идеей ризомы, как децентрированой самоорганизующейся нон-финальной среды.
Таким образом, даже прежняя идея физиологической природы человека подверглась критике и отторжению. Итак, человек пост-современности оказался в лабиринте, в котором он утратил всё. Он утратил все ценности и смыслы жизни, все нормы и идеалы, утратил самого себя и реальность. Всё, что у него осталось – это ворох форм-призраков, бездушный кокон знаковых систем. Выражаясь словами буддистов, в наше время «сансара обесценилась». Иллюзорность всех тех влечений, которыми человек жил столько тысячелетий, стала очевидна. И неудивительно, что единственный осознанный путь, который остался человеку пост-современности – это путь из плена знаковых систем наружу, прорыв сквозь пелену виртуальной реальности к изначальному потоку. Можно это стремление охарактеризовать и таким понятием как «свобода», или «абсолютная свобода», но тогда это свобода в совершенно новом ракурсе, который до сих пор просто нельзя было даже помыслить. В постмодернизме это явление получило отражение в качестве такого понятия, как «трансгрессия».
Невозможно оценить это действие в критериях «трудности», «сложности» и т.п. Эти критерии применимы только к элементам знаковых систем, будучи в свою очередь их частью. В данном же случае происходит переход в невообразимое состояние, о котором нельзя сказать ровным счётом ничего. Возникает сомнение – а возможно ли это вообще? Парадокс заключается в том, что к этому переходу понятия «возможности», «истинности» и т.п. также неприменимы, так как и они остаются «по эту сторону черты», которая преодолевается. Трансгрессия совершенно не «беспокоится» о том, возможна ли она, или нет. Она просто происходит вне всех категорий. Она не нуждается ни в вере, ни в конечной цели, которых не может иметь «принципиально», будучи свободна от них, как и от всего остального.
И этим рвением, этим порывом пронизано всё бытие нашей пост-современности, будучи ответным движением на тот шепот, что доносится из невообразимой бесконечности. Словно птенец, который вызрел в тесном сплетении своего уютного некогда кокона, услышал невообразимый доселе манящий шум и начал пробиваться сквозь омертвелую скорлупу.
Продолжая наш разговор о постмодернизме, необходимо отметить, что одними из значимых его корней являются даосизм, буддизм и дзен, которые как никогда стали актуальны в настоящий момент. Мировоззрение и порыв этих мировых учений влились в пульсацию пост-современности, став неотъемлемой и весьма ощутимой её частью. Грубо выражаясь, в наше время мудрость Востока наконец-то стала востребована в полной мере. Но эта мудрость приобрела совершенно иной смысл под дыханием пост-современности, хотя при этом нам, как представителям этого взгляда, теперь уже просто невозможно сказать – каким оно виделось до сих пор? Просто, как уже говорилось, наш взгляд изменяет всё, к чему он прикасается, и любые события и течения, от которых нас, казалось бы, отделяют века, становятся актуальными и в наши дни.
Не малую роль в дыхании пост-современности играет и исконная мудрость Запада, которая выражается через учения коренных жителей Америк. Наравне с ними выступают и многие другие учения и движения разных концов света и разных эпох, но даже просто перечислить их все не представляется возможным, хотя бы по той причине, что их количество в приближении к нашим дням парадоксальным образом стремится к бесконечности. Удивительно, но никто сейчас не может сказать или даже вообразить, какие ещё учения и движения имеют место вот в этот текущий момент. Все учения стали открытыми, все традиции – доступными. Это явление также получило название «Крик Орла», будучи связанным с учениями коренных индейцев.
В лице всех этих многоголосых учений представители пост-современности находят ту путеводную нить, идя по которой есть шанс выбраться из лабиринта виртуальной реальности, в которой все мы пребываем, постичь самих себя и мир.
Но всё же хотелось бы сказать несколько слов о некоторых из этих учений, которые теперь пульсируют в унисон с духом нашего времени..."